Вздор рифмы, вздор стихи! Нелепости оне!..
К. К. Случевский
Сайт высокой поэзии
Регистрация | Вход Время, петух и дерьмо - Форум поэтов  
  • Главная
  • Авторы
  • Блог редакции
  • Конкурсы
  • Форум
  • Видео
  • Аудио
  • Фото и арт
  • О сайте
  • Ссылки
  • [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS]
    Страница 1 из 11
    Форум поэтов » Литературный раздел » Эссе и прозаические миниатюры » Время, петух и дерьмо (Сценарно по мотивам Маркеса)
    Время, петух и дерьмо
    ТихеДата: Пятница, 01.02.2013, 18:45 | Сообщение # 1
    Автор
    Сообщений: 163
    Награды: 0
    Замечания: 0%
    Статус: Offline
    Огромные песочные часы в пустом пространстве, в котором нет линии горизонта. Внутри часов, в нижней их части, стоит высокий худощавый мужчина лет 60-ти. Чувствуется военная выправка. В лице поражают очень светлые грустные глаза, смуглая кожа и твердый подбородок. Во всем облике ощущается благородство. Это Полковник. Он отрешенно смотрит в камеру, а ему на голову сыпется песок. В верхней части часов, откуда струится песок, сидит черный с красным хвостом петух и сбрасывает этот песок вниз, разрывая его крупными когтистыми лапами с кровоточащими шпорами. Песок медленно засыпает Полковника.

    [Звук cыпящегося песка. Шорох от разгребания песка петухом.]

    Мужской приятный голос за кадром, с едва заметной иронией:

    Автор: — Я иногда жалею, что не дал ему имя. Собственное красивое имя. Габриэль или Гарсиа, к примеру. Тогда и душенька была бы спокойна за его судьбу. Но нет! Полковником родился, полковником и живи. Только бы не утонул во времени. Я ведь не жалую утопистов. Мне-то, конечно, безразлично. Да люди все равно не смогут понять твою идею, человек. Так зачем кормить эту тварь своим мясом? Ради чего?!

    Темная комната, на полу горит керосиновая лампа, в углу к потолку подвешен гамак. Там спит, беспокойно вздрагивая, Полковник. Вдруг он подхватывается, просыпается, встревожено оглядывается. Его лицо в испарине. Но, услышав размеренное дыхание жены (на заднем плане виднеется белая постель) и похрапывание сына, облегченно вздыхает и отирает лоб рукой.
    Полковник вылазит из гамака, берет лампу с пола и идет к кровати жены. Подходит, останавливается возле кровати, наклоняется и осторожно дотрагивается до ее щеки.
    Потом разворачивается и направляется к постели сына (в другом темном углу комнаты висит еще один гамак - свет лампы тускло освещает его) и, подойдя, подносит лампу к лицу парня (парню лет 25-ть, очень похож на Полковника).

    [Прерывистое дыхание, ровное дыхание, храп, шорох ткани гамака, потрескивание фитилька в лампе. Вздох.]

    Полковник (в кадре, шепотом):
    — Кошмар!..

    [Шарканье ног по полу, потрескивание фитилька лампы, другие интершумы.]

    За кадром голос Полковника (мысли вслух - к жене):

    — Сейчас легче дышит. Приступ наконец закончился. Совсем измучилась. Похудела. Скорей бы пенсию назначили! Посмотреть на нее хоть, пока живы. Доктору заплатить надо. И купить что-нибудь поесть. Кофе хватит на одну чашку... Ей на завтрак будет. До сих пор не понятно кто из нас настоящий полковник - я или она? Меня так по привычке называют, в память о подвиге, который никому и не был нужен. А она всю жизнь сражается.

    От света лампы парень поморщился и повернулся спиной к отцу. Из-под его бока вылез молоденький, мало оперившийся петушок. Он крутит головой, моргает и попискивает. Полковник потрепал его за белый хохолок, улыбнулся и задул лампу.

    [Интершумы, попискивание петушка, выдох.]

    За кадром голос Полковника
    (мысли вслух – к сыну):

    — Ты же воюешь как я когда-то, в таком же возрасте. Защищаешь
    свои идеалы как я тогда — пылко и смело, безупречно, одиноко...
    Нет, мой сын - не одиночка! У него много друзей, много единомышленников. Конечно, он ведь не я!

    (парень поморщился и повернулся, а тон Полковника становится все более вдохновенным и мечтательным):

    — ...Ему другая доля уготована. Лучшая. Я это предчувствую.
    Пусть мне никто не пишет, пускай. Я привык уже. Пятнадцать лет ожидания приучили меня к безмолвию. Но об Агустине напишут! Еще немного и этот птенчик прославит нас. Так давно в нашей деревне не было красивых петушиных боев... Да ничего, скоро будут, скоро!

    Гальера. Петушиный бой. На трибунах нет пустого места. Люди (латиноамериканцы) кричат, спорят, размахивают руками, с зажатыми в них деньгами, делают ставки. Самые завзятые окружили арену и всячески подзадоривают петухов. Два хозяина дерущихся молодых петухов (один из них сын Полковника) наиболее заметны.
    Звуки толпы, крики, смех, обрывки фраз, шум петушиного боя.

    Натравливают своих «бойцов». Один из петухов – черный с красным хвостом (как в песочных часах). Вдруг в толпе замечается волнение, суматоха. В помещение врываются вооруженные солдаты. Паника. Давка. Солдаты стреляют в воздух, люди в шоке. Потом их начинают обыскивать и арестовывать. Кого-то выводят, кто-то пытается оказать сопротивление. Петухи продолжают драться.

    Давка возле арены. Солдаты выстроили группу людей и обыскивают их. неожиданно опять раздаются выстрелы и через невысокий дощатый барьер медленно переваливается и падает навзничь на арену сын Полковника – Агустин, с окровавленными грудью и животом. Петухи перестали драться, а черный с красным хвостом вскочил на тело убитого. Тишина. В толпе волнение и несколько криков разорвали тишину.

    Звуки выстрелов перекрывают шум толпы и на несколько секунд устанавливается тишина. Затем снова какофония: ругань, вопли от боли, звуки ударов, бряцанье оружия, топот...

    [Интершумы: топот, галас, брань, выстрелы. Треск досок. Звук падающего тела.]

    Голоса из толпы:
    — Агустин! Агустин!
    — Сволочи! Убийцы!

    Гостиная в доме Полковника. В центре круглый стол, возле стены старый комод. За столом сидит жена Полковника, шьет из лоскутов, разложенных на столе, цветастую рубаху. Ее голова наклонена.

    [Размеренное тиканье часов, шуршание ткани, затрудненное дыхание, резкий щелчок и тишина.]

    На плечи наброшена теплая шаль. Видна длинная до пола коса. Инстинктивно прижимает руки к груди со слезами в голосе):
    — Агустин... сынок…

    Массивные часы с маятником и большим циферблатом, на стекле которого образовалась трещина, стрелки и маятник замерли. Рядом с часами на стене висит старая фотография (стилизация под дагерротип), на ней изображены – Полковник, жена и сын. Часы берутся крупно: по стеклу циферблата невесть откуда вытекает струйка крови, а потом застывает, повторяя форму трещины. (Все очень быстро, как вспышка, озарение.).

    [Две звуковых дорожки. Голос накладывается на соло скрипки, которая фальшивит и обрывает ноты.]

    Автор (за кадром): — Время эгоистично и жестоко. Оно чувствует себя бесполезным, если никого не останавливает в начале пути. И не в его правилах терпеть это. Почему замер маятник? Времени надоела старость. Оно пьет молодую кровь. Мои же руки чисты. Я всего лишь наблюдатель. Почти как Гомер.

    Снова гальера. К телу убитого подходит низенький, с индейскими чертами солдат, с выставленной вперед винтовкой. Он обводит злым взглядом притихших людей (их от арены оттеснили солдаты и держали плотным кольцом), противно ухмыляется. Солдаты засмеялись громко и непристойно. Солдат-индеец прикладом шевелит тело убитого, чем сгоняет петуха, нагибается и осматривает одежду. Потом разгибается, держа в руке пачку листовок, трясет ими в сторону толпы и брезгливым жестом бросает на труп. Петухи накидываются на листки бумаги и кромсают их. После входят в раж, и вновь начинают драку. Солдаты продолжают аресты.

    Песочные часы (нижняя их часть). Полковник засыпан по пояс, песок сыпется все быстрее. Полковник начинает меняться в лице, перевоплощается его лицо в лицо сына. Это длиться несколько секунд и опять Полковник стареет. Песок ускоряет темп, его уровень достигает груди Полковника.

    [Интершумы. Смех солдат, их реплики]

    — Допетушился, подпольщик!
    — Молодец, Хоско! Прямо в брюхо!
    — Теперь конец куриному полковнику!
    — Лови петухов, супа охота!
    — А жирно ты его! Как настоящий раcстрел.

    Солдат-индеец (его слова разносятся эхом):
    — Их съедят свиньи! Еще кто-нибудь желает нарушить закон и стать кормом? На фабрике кларлетов найдется применение вашим костям!

    [Звуки толпы и петушиного боя.
    Две звуковых дорожки - голос накладывается на музыку и интершумы.
    Звук сыпящегося песка прерывается мелодией, которая состоит из последовательных музыкальных отрывков: колыбельная, веселая детская песенка, марш, румба.]

    Превращения продолжаются и становятся чаще и длительнее. Когда песок засыпает Полковника по горло, он снова молодеет, а время останавливается: песок перестает сыпаться. Через мгновение (после крика петуха - фонограмма) на голову Агустина лавиной обрушивается песок и засыпает его полностью.

    Молоденький петушок (из гамака) неуверенно шагает за серой толпой (видна масса, отдельные силуэты едва различимы), которая, как река разлилась по улице (с 2-х сторон улицы небольшие одноэтажные дома), и несет на руках, словно лодку на волнах, гроб. Петух

    На фоне музыки - голос Полковника (приглушенно, но взволнованно):
    — Проклятое время! Не люди,
    звери убивают детей...

    (голос Полковника сменяется
    более молодым и звонким голосом сына, а потом - наоборот)

    Агустин:
    — ... Мама, прости! Борьба меня
    зажгла. Я думал, что бессмертен...

    Полковник:
    — Почему не я умер, а он? Этот
    мир хуже войны. В бою точно
    знаешь, кто твой враг. А здесь...

    Агустин:
    — ...Мне всегда было одиноко.
    Память рода - не реликвия, а
    вечный укор в несовершенстве. И
    как ни старайся, порча все равно
    разъедает душу...

    Полковник:
    — ... Негде скрыться от рыжих
    муравьев-людоедов. Нужно
    родиться петухом, чтобы не
    слыть белым вороном...

    Агустин:
    — ... Я не хотел становиться
    пророком, но, преследуем роком,
    купил птенца...

    [Музыку и речь прерывает пронзительный протяжный крик петуха.]

    Агустин (без музыкального фона, объемный звук голоса, словно откуда-то из далека, с небольшим замедлением):

    — ... Но он продлит жизнь отца.

    [Отголоски петушиного крика переходят в топот, шлепание по грязи, тяжелое дыхание. Размеренные удары колокола.]

    Автор (голос за кадром торжественно и почтительно):

    — Время накатило прибоем, облизнулось и ударило в набат.
    Минтавр или Хронос, - хотя какая разница! - доволен. Жертва канула в Лету. Но и там Агустин будет спорить о петухах. Полковника я уже не назову.

    Петух семенит в грязи, оставляя свои следы, похожие на маленькие крестики. (Наезд.)
    Из толпы выделяется фигура человека в форме. Он медленно подходите петушку, наклоняется и берет на руки его. Выпрямляется и идет прямо на камеру. Это Полковник. Сильно похудевший, изможденный, в поношенной форме, а на руках - очень большой, жирный белый петух. Он подходит к камере так близко, что видно его морщинистое лицо (крупно). Несколько секунд смотрит в камеру и говорит... После чего резко выходит из кадра.

    [Гул толпы, шлепание по грязи.]

    Полковник (в кадре - устало):

    — Ради сына я ем дерьмо. А что еще остается делать Полковнику? Одним достоинством сыт не будешь.

    [Толпа удаляется и бледнеет. Ее застилает туман. На этом фоне идут титры.
    Отдаляющийся гул толпы переходит в приглушенные звуки флейты.]


    В платьишных складках
    Фасона плиссе
    Много закладок
    И кофе глиссе. (с)
     
    Профиль   Страница  
    Форум поэтов » Литературный раздел » Эссе и прозаические миниатюры » Время, петух и дерьмо (Сценарно по мотивам Маркеса)
    Страница 1 из 11
    Поиск:

    Яндекс.Метрика
    Copyright Сайт высокой поэзии © 2009-2017 18+ При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна Хостинг от uCoz