Вздор рифмы, вздор стихи! Нелепости оне!..
К. К. Случевский
Сайт высокой поэзии
Регистрация | Вход Юность Цикл стихотворений - Форум поэтов  
  • Главная
  • Авторы
  • Блог редакции
  • Конкурсы
  • Форум
  • Видео
  • Аудио
  • Фото и арт
  • О сайте
  • Ссылки
  • [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS]
    Страница 1 из 11
    Модератор форума: Ecce_Chaos, Inok 
    Форум поэтов » Литературный раздел » Форум свободной публикации стихов » Юность Цикл стихотворений (Юность 1часть)
    Юность Цикл стихотворений
    ГарандинДата: Среда, 26.03.2014, 04:18 | Сообщение # 1
    Пользователь
    Сообщений: 3
    Награды: 0
    Замечания: 0%
    Статус: Offline


    Олег

    Гарандин

    Юность



    1982 – 1986

    Предисловие

    На склоне жизни знанием любви –
    Воспоминанья.
    На память сердца чувств благословенье -
    Святая юность.
    Святая юность – слов благих
    Уста живые
    На сердце столь же непослушном
    И утомлённым.
    От прошлых лет, как выгод, отступиться.
    Я в сумерках души ищу иное.
    И вам рука моя – руки не прячьте,
    А только слёзы прячьте, только слезы.


    * * *

    Я знаю музыки слова
    Они слышны мне не всегда,
    Но удивительно красивы,
    Так неожиданны, так милы,
    Что, кажется, не существуешь,
    То одичаешь, то ревнуешь,
    Оставив всё вокруг себя,
    Не узнаёшь, чего уж знаешь
    На много лет и понимаешь
    Одну из тайн, которой нет
    Названья!

    Поэту

    Мир искушенному сомненью,
    Мир проведенью твоему,
    Еще живому в снах томленью,
    Но неизвестным никому
    Душевным мукам, пробуждавшим
    Воспоминанья каждый час
    О невозвратном, о пропавшем
    Из рук твоих - в твоих глазах!
    Ты был не прав, с судьбою споря,
    Противясь правилам земным.
    Искав и радостей и горя –
    Не зная их, не веря им.



    * * *

    На небо яркое,
    На звезды чистые -
    Земля бескрайняя,
    Земля неистовая.
    Дождём и холодом,
    Как далью бездностью
    И зноем - золотом
    И неизвестностью.
    Благим свершением,
    Иною благостью,
    И поношением,
    И непричастностью.
    И всем прощением,
    На расставание,
    Земными ветрами
    Тебя встречаю я.


    * * *

    Невольно прикоснуться сердцем
    Земных щедрот – законы бытия
    Случайно разгадав, услышать слово,
    Не сказанное, – в единый образ
    Соединить и чувства, и сознанье;
    Ответному дыханью – дать выдохнуть;
    Неутолимой жаждой
    Не знать бессилья поиску – искать,
    Где память частью будущего древа,
    Сжав зубы, до последней в нас черты
    Идти и ждать, нести и мир и меч;
    Узнать, как в зеркале, чему нельзя поверить;
    Неведомое обуздать покоем –
    И что тогда?

    * * *

    Есть краткость слов и тайна слога,
    Цена ролей и неподкупность рифм.
    Есть Божья страсть и темнота чертога,
    Святой алтарь и черная корысть.
    Из потускневших переплетов книг,
    Из всех рулад, всех мщений, всех раздоров,
    И в благах щедрых и в любви до гроба
    Есть вещий свет – поэзии язык!


    Колыбельная

    Спи во своей радости,
    Бога во своей святости
    Ты дитя люби.
    Осенний листок с дерева
    На ветру старится -
    Вон уж как летит.
    Вон уж как летит:
    Песню твою колыбельную
    Птица какая осенняя
    Пропоёт.
    Огляди вокруг Божья мать,
    Как дитя твоё засыпается,
    Божьему твоему откровению
    Подаёт.

    Будет зима студёная,
    Окна запорошит вьюгою,
    Небеса скроет от глаз твоих
    На покой.
    Будет зима снежная,
    Непокорная, бездорожная –
    Спи во своём гнездышке
    Дитя моё.



    * * *

    Поэзия ночи,
    Поэзия жизни,
    И дум сокровенье
    Спасением дышит.
    И вещие сны
    Вновь приходят за вами –
    Поэзия ночи
    Увидит, услышит,
    Что будет когда-нибудь с нами.

    И самое в сердце
    Глубокое чувство,
    И слово молитвы,
    О чем не забудешь.
    И долгую память,
    Как клятву, как камень
    Над свежей могилой,
    Уже не осудишь –
    Останется в каждом дыханье!

    И станет она
    Неосознанно выше –
    Поэзия ночи,
    Поэзия жизни…


    * * *

    Пусть всё, что было, будет на исходе,
    Не обернётся поздним расставаньем.
    Мне жалко ждать, когда устанет совесть,
    И горько знать, зачем она обманет.

    Пусть муза скрыта темнотою комнат,
    И тем лишь избрана больного сердца муза,
    И холодна, но, слышишь, этот холод –
    Свидетельство низложенного чувства!

    Но если так – не нужно вдохновенья!
    Не нужно мук, не нужно долгих трат!
    Есть пыл воззваний, есть и власть воззрений,
    Безумство жить, безумство умирать!



    Утро весеннее

    Вижу, как яркое солнце восходит,
    Светом по небу растают темницы.
    Ближе, подобно чарующей музыке,
    Звуки доносятся нежные, зыбкие.

    Ранней весны это преображение,
    Будто на сердце истома, объятия.
    Это до срока заглянуло к нам счастье –
    Нежданно-негаданно истосковалось.

    Или случилось такое знамение,
    Поторопилось и звуком и откликом.
    Или твое это прикосновение -
    Белое, чистое, близкое облако.


    * * *

    Взгляни на небо – в час разлуки
    Одна в опущенные руки
    Летит луна.
    …и взором
    Она глядит на нас с укором
    Она одна.

    И тусклый блеск её уронит
    В моём окне – окно наклонит
    Светящий след.
    Я прикоснусь – дух неверный
    Явит мне муки вдохновенных,
    Невзрачных черт.

    И я своей смягчусь душою,
    В холодном тоне я открою
    Замки души.
    И пусть душа давно постыла,
    Но сохраню, что близким было
    Во мраке дней.

    И о тебе с тоскою вспомню –
    Она без жалости напомнит
    Чего уж нет.
    Взгляни на небо в час разлуки,
    Как тают звезды, тонут звуки
    Меркнет свет.



    Признание

    Люблю я на рассвете чистое приволье,
    Прибрежный шум и блеск волны на взморье.
    Люблю глядеть, как призрачной дали
    Высоких гор являются черты.
    И первый солнца луч на снежные вершины,
    И синевы небесной переливы,
    Как откровенье Бога предо мной,
    В знакомом облике рождают мир иной.
    Тогда я где-то там, за мысленной чертою,
    В слиянье бытия – движенья и покоя.
    Недвижно небо, катится волна.
    Ничем не связан с жизнью – ты одна.

    Люблю я на рассвете чистое приволье,
    Прибрежный шум и блеск волны на взморье
    Твой отражают взор, и тайну в нем хранит
    Там Божия рука прекрасное творит!
    Там ищет взгляд в зеркальном отраженье –
    В тебе все счастье, все мое спасенье,
    В тебе все чувства, всех его стихий,
    Все истины за голосом твоим!
    Когда ты входишь в мой покой наивный –
    Я весь дрожу, я бесконечно гибну!
    Не для того что здесь святынь храню,
    А потому – что я тебя люблю.


    * * *

    Из тишины шагов слагается молчанье.
    Из мира по ковру ступая, чуть дыша,
    Пришла ко мне сквозь поволоку спален
    Ни чья-нибудь душа – коснулася плеча.
    И материнский вздох мои ласкает сны,
    И чуется из запаха лаванды
    И мягких губ – дыхание весны,
    Как поднят занавес какой-то тайны.
    Одним прикосновеньем чутких губ,
    Одним движеньем еле слышим отзыв,
    Знакомый шепот как небесный слух,
    Знакомый облик как небесный образ.
    Небесное сквозь веки отзовут,
    Растормошат из ватных одеяний,
    Чуть дрогнут окна, раскрывая ставни,
    И наяву знакомая рука
    На столик ставит чашку молока.

    Чаша жизни

    Две неизбежности пред нами.
    Кто видел их в обетованном крае,
    Янтарным соком виноградных лоз
    Две крайности – жизнь полную без слез,
    Иную жизнь – слез полную до края:
    Кто чашей жизни обе перенес
    Обеих жизней чаш не проливая?


    * * *

    Есть ли хоть что – то,
    Оставленное будущему ждать?
    За ожиданьем в темные углы -
    Покорные поклоны головы.
    И жалкого, и злобного исчадье,
    Различия – не сходства – сочетанья,
    В неведенье осмысленных начал,
    За глубиной презрительных зеркал,
    Из рога изобилия политый
    Могуществом не идола, а свиты -
    Предчувствия к возмездию залог,
    Бессмысленно красивейший цветок.


    * * *

    Поздняя осень
    В полях затемнела.
    Мнится уж холод,
    Мнится уж снег.
    Вижу в дали,
    Как земля почернела,
    Вот и уходит наш век.

    Снится уж небо
    В излучинах соткано,
    Яркие молнии
    Режут траву.
    Видится до ночи
    Мертвое, робкое,
    Тоже короткое,
    Как наяву.

    Где-то мы будем…
    Дальней тоскою
    Сердце разносится
    В долгом пути.
    Где-то кресты,
    А над ними возносятся
    К небу невольные
    Крылья мои.

    Все мои утра
    В окне занавешенном,
    Вся моя даль
    Без молчанья и слов,
    Все мои думы
    Святые и грешные,
    Вся моя радость
    И кровь!

    * * *

    Зачем ты с грустью смотришь на меня
    Не все ли мир вокруг, любовь, не все ли счастье!
    Смотри, как близко к нам цветет весна,
    Смотри как полно все вокруг участья!
    Осмысленно величием благим,
    Так просто было поклониться им,
    Цветам весны, которых нет прекрасней,
    И ночи в них смолкающей дали.


    Первый снег

    Сегодня ночью выпал первый снег,
    Под первым снегом вся земля стихает.
    Мне станет грустно, буду жить им, что ж!
    Пока не спит мой обреченный город
    На грязных площадях.
    Люблю и белых крыш над ними,
    Покатых, низких крыш, уединенных окон,
    Остынувших на мостовых шагов,
    Прибрежье льдом закованной Невы,
    И мрачный вид заброшенных причалов…
    Сегодня некого встречать.

    Нева молчит, с пустынных берегов
    Никто не ждет далекого рассвета.
    Снег только кружит, что с него возьмешь,
    И будто сам остался в прошлом где-то.
    И только льдом замерзшие витрины
    Одни глядят в морозной пыли,
    Под снегом спины гнув, лежат мосты,
    Из гавани исчезли корабли,
    Не слышно улиц и надежд не много,
    Белым-бела по-прежнему дорога.

    * * *

    Обманутым своим существованьем
    К подножию разрушенного храма,
    К низвергнутым, осмеянным святыням,
    К рожденью жизни и рожденью тайны,
    К святым иконам, слышимым молитвам,
    К цепным собачьим радостям и плачам…
    Раскаянья достаточны любые,
    И жертва подойдет любая.



    Сказка на ночь

    А вернувшись, погасит свет одиночество,
    И покажет живым цветам –
    Цветам жертвенник.
    Заметется зима, сама закуражится,
    Явит смерть и на твой век
    Когда-нибудь.

    Заметет, засмеет светоч твой
    Вьюгой-крыльями.
    Не пугайся дитя ее
    Злого демона.
    Я вернусь за тобой, а пока
    Покойно спи –
    Я вернусь – усни.

    Много лет пройдет – твои зимы
    Коротки.
    Не преступят стен, не пригубят
    Губ твоих.
    А забьет с белой церкви
    Колокол,
    А польется воск – сна беги!

    На востоке, за рекой за серебряной
    Есть источник мертвых вод,
    Слезных вод.
    Там найдешь вечное свое пристанище –
    Вспомнишь обо мне.

    А вернувшись, погасит свет одиночество,
    И покажет живым цветам –
    Цветам жертвенник.
    Заметется зима, сама закуражится
    Вечною обителью.


    * * *

    Все, что уходит с надеждой
    Станет упреком.
    Нежная, белая лилия –
    Черною розой.
    Пташечка песню поет,
    Плачет страдание.
    Сердцу нещадная высь
    Станет пропастью.
    Сердцу любви, а на гробе
    Златое распятие.
    Руки мои разведи –
    Сделай крыльями.
    Там за иссинею твердью
    Не многое вспомнится
    Царство людей на земле –
    Наказание.
    Царство людей на земле не загубит
    Вешнюю зорю.
    В чашечке полной цветка
    Нет рек забвения.

    Там, за раздумьем Голгофа,
    А здесь – домик радостный,
    Окутан, как саваном,
    Расписными сиренями.
    Счастливо, дружной гурьбой
    Выйдут по утру к изгороди,
    Где вы, счастливые дни,
    В какой стороне
    Не расскажете.

    * * *

    День уходит – прошлым назовется,
    В этой гуще сомкнутой листвы,
    Только жаль останется в груди,
    Что всегда за нею остается.
    И пройдут все радости твои,
    Прячась ветра, укрываясь зноя,
    В ожидании вечного покоя
    Тщетны возвращения твои.

    Тщетны горькие слова признанья,
    Крепких дружб святая простота.
    Тщетно время долгих ожиданий,
    Даль, где совесть не была чиста.
    Ниже мысль окраин изначальных,
    Мельче зависть, пропасти пусты.
    А стихи, в которых все оставим,
    Не были произнесены.


    * * *

    Из тех признаний, слышимых когда-то
    Уже не многих произносит память,
    Чтобы по ним кого-нибудь узнать
    Или не сдержанный услышать голос. –
    Далекая чужая сторона,
    И мучит сердце за оконной вьюгой,
    Чтобы услышать чьи-то имена,
    А на душе ни шороха, ни звука.
    И пропадают в сумерках огни,
    И кто бы знал, какая это мука,
    Когда уже ни с кем не по пути.
    И как река все кажется бездонным,
    Бессмысленным как суетность, как речь,
    Как белой ночью белые колоны,
    Не нужных никому, случайных встреч.


    * * *

    Как мотыльки, влекомые на свет,
    Твоей мечты обрезанные крылья,
    Твоей души неслышные молитвы,
    Твоих печалей бессердечный бред,
    Твоей любви от глаз чужих сокрытой,
    Твоих прощений темный полусвет,
    Судьбы твоей, от Бога позабытой,
    Твоих минут ожесточенный бег…
    Как мотыльки влекомые на свет.

    * * *

    Вечною странницей луна поднимается
    В небе зажгутся огни.
    Родная моя нам не надо печалится
    Мы в этом мире одни.

    Не разлучены, вовек недосказанности
    Нет между нами в словах.
    Нет даже тайны, все тайны в бескрайности
    Есть только жизнь на руках.

    Есть долг пред Богом, пред жаждой сердечною,
    Есть незаконченных строк
    Ночь за окном и сознанье, что вечное
    Ради тебя я отрек.

    Богом мне данное часто мне кажется
    Чем-то послушным до слез.
    Как законом земли в ночь луна поднимается
    В ярком скоплении звезд.


    * * *

    Скоротечным познанием жизни
    Озарится душа.
    Надеждою истинной и великой –
    Имя.
    Но время условно, и день
    Не проходит бесследно.
    Сердце слабо в груди
    Одиночеством.
    И что имя, душа?



    Муза

    Знаю слово твое – огни,
    Знаю жалость твою – не весть,
    Знаю сердце твое – черны
    Только эти твои глаза.
    Знаю горше цветов зари,
    Знаю рощи поет свирель,
    И до лунной поры сама
    Ты не явишься – назови
    Имя счастья, имя любви
    Как узнать?


    Ты сестра моя, сердцем избранная,
    Ты звезда моя, к земле падшая
    Ты луч в синеве безответный –
    Уходящие дни.
    Только птица целью высшею,
    Только камень неискоренимого,
    Божий лик чарами неистовыми –
    Взгляд твой из глубины.

    Ты стрела из лука выпущенная,
    Ты криком караешь, свистами,
    От первого моего дыхания
    До млечного моего пути.
    Ты избрана негой тайною,
    Ты утро в сумраке раннее,
    Поешь чистой свирелью
    Песни свои.


    Ты память души моей,
    Ты чистой слезы ревность.
    Изменой ресниц нежных
    Ты взглядом любви робка.
    Для чистой любви – небесной
    Ты создана светлой искренностью,
    Подобно цветку вешнему,
    Но жизнь твоя коротка.

    Ты чище росы – яснее,
    Твой взор мне отрада днем моих.
    Живешь ты зарею светлою
    В моем запустении.
    Ты память в груди моей,
    Тенью ночной, призрачной
    Горькой судьбы творение
    Явишь мечту мою.

    * * *

    А я ищу знакомые аллеи
    Сквозь муть окон, сквозь мглу.
    Вы старитесь, в вас принадлежность к сну,
    Вам ничего безумного не надо.
    А я ищу, я с чувством
    Бессмысленным уже мне самому,
    С проклятьем…

    Цветок

    В миг увядания цветок
    Клонится долу, облетает.
    Над ним, трепеща, мотылек
    Пыльцу бессильно осязает.
    И солнца жаркий луч его губит,
    И влага жар не утоляет.
    Под небом чистым он от света скрыт,
    И безнадежно умирает.

    И над могилою цветок,
    Святыни верностью хранимый,
    И та же жизнь и тот же рок,
    И та же сумрачность могилы.
    Его покоят долгим сном,
    Однообразным и унылым.
    И солнца луч на небе голубом
    Как увяданью дань - ушедшим и любимым.


    Осень

    В тени дубрав среди ветвей желтеющих,
    Под небом, сотканным из них, уже видны
    Угрюмой осени печальные черты
    Отрада прошлого в покое дремлющем.
    Отрада прошлого, как моему отрочеству
    Недостает от неба синевы.
    Не время жатвам, горьких мук пророчествам,
    А только сердца с криком журавли!

    Где льется свет – далекая гроза
    Отблеском молний в моей роще светится
    Знакомый взгляд знакомые глаза
    Обречены на долгий век, – не встретится.
    За часом жизни может так мелькнет
    Эолом ветви отряхая чистые,
    Угрюмой осени пора любви пройдет
    В своем ропщении неистовом.

    Я успокоен осенью сырой,
    В ней скрыта власть всего, что в нас мятежного.
    То загрустит за совестью слепой,
    То разберет по косточкам все нежное.
    Пустыни соберу последние листы,
    Взгляну без чувства в океан желтеющий.
    Угрюмой осени печальные черты
    Моего прошлого в покое дремлющем.


    * * *

    Пред неизведанностью дней,
    Пред бытием нам жизнью данной,
    Дано измерить сердцем равным
    Смысл бытия тебе и мне.
    Но как не мерить – взгляд один,
    Нам брошенный из безысходной жизни,
    На поиски великой мысли
    Ничтожества бросает тень.


    Дом детства

    1

    Был дом на Петербургской стороне
    С цветною занавеской на окне.
    И вот для нас совсем уже не новость
    Далекая прочитанная повесть.

    За всем косноязычием квартир
    Есть пустота затертая до дыр.
    Увы, произносимая не громко,
    И вся – эпизодического толка.

    По лепестку осыпалась сирень,
    Осталась восхитительная тень.
    И по привычке тянется к балкону,
    Резную обвила колонну.

    И комната таинственно темна,
    Полоска света на стену легла. –
    Так юность, ничего не понимая,
    Украсила себя цветами.

    На тех колоннах долго простоит,
    Напрасно ничего не говорит.
    Присутствием о чувстве невозможным
    Свидетельствует прошлым.

    2

    Был дом на Петербургской стороне
    И церковь рядом с колокольным звоном.
    Огни парадной, белые колонны,
    Цветок герани на твоем окне.

    В знакомых стеклах те ли отраженья?
    Уже затерлись опытной рукой
    Должно быть просто плод воображенья –
    Былая кара следует за мной.

    Ведь где-то там утерянная юность,
    Немного жаль не обращенных к ней
    Давно чужих знакомых с детства улиц
    И чистых странствий преданных земле.

    И слов взволнованных не вспоминать обиды:
    С альбомов школьных смыта акварель.
    Ушли года и навсегда забыты,
    И за окном январская метель.

    Зима

    Опять закружатся метели,
    Опять замучит грохот свист –
    Декабрь в мои стучится двери,
    В мою грохочет жизнь.

    И по забитым в чаду ставням,
    Как сумасшедший колотит:
    Впусти, мол, я мешать не стану,
    Тому, кто сном не дорожит.

    А я впущу, и снежным сором,
    Пусть бел и холоден для рук,
    Моих усталых занесет укоров –
    Он будет избранней разлук.

    Не разобьет он разговоров
    Последних неисправных дел,
    А будет теребить по шторам
    Все так же холоден и бел.

    И та нужда, что вечно ставит
    В мою оседлую тоску
    Зимовье сердца серебристых ставен –
    Мной не оставится в долгу.

    Когда войдет, приходом этим
    Я ничего уж не придам,
    И ничему вперед на свете
    О кроме снега рук не дам.

    Нужды не будет в снежной буре
    В пылу, в угаре снегом пасть,
    Она завертит нас, задует,
    Она – безвременная страсть.

    Чтоб не был миг безбрежно долог,
    И слов не кануло на дно.
    Из дымных заводей, из льда и топок
    Зима уводит далеко.

    За далью снежного покрова
    Опять услышу голос твой. –
    Вечерней скуки рвать оковы,
    Не чувствовать в душе тогда покой.


    * * *

    Все та же чреда разлук,
    И жизнь без любви, без радости.
    Все та же рука из рук…
    С какой-то мне дикой жадностью!
    И та же все сжатость губ,
    И взгляды, а в них – заброшенность.
    И тот же все мир вокруг,
    И та же в нем неисхоженность.


    Ночь

    Тихо ночь пролетает над городом,
    Лунный свет серебрит небосвод,
    Я не знаю, в какую мне сторону,
    С кем прощаюсь и кто меня ждет.

    Мне не надо заснеженных россыпей,
    Ни жемчужных в небе камней,
    Ни божественной по небу поступи,
    Ни в обратную сторону с ней.

    Никогда тишины не нарушу я
    В этом проклятом Богом краю.
    За стеной твоего равнодушия
    До чего-нибудь все же дойду.


    * * *

    За каждым днем я вижу неизведанное,
    За каждым словом смысл таинственный, чужой.
    Но я на каждый случай вам ответствую –
    Я не желаю знать что тайно движет мной.
    Вот ночь, луна над садом, запах цвет,
    И каждый шорох, каждое движенье,
    Все промелькнет, как ветра дуновенье
    И в мире ничего разгаданного нет.


    * * *

    Я долгим разлукам не верю,
    Ты скажешь: забудь, пора.
    Ты молча закроешь двери,
    Ты будешь жива, мертва.
    Ты тихо рукой коснешься
    Заснежья пустых окон.
    Ты искренне отречешься,
    Ты скажешь все он, все он.
    А он ничего не скроет,
    Зарекся не дорожить.
    Ему ничего не стоит
    Свой невод из веток свить.
    А там по снегам, по топям,
    Там в мире земных сует,
    Ему ничего не стоит
    Сказать Богу «да» и «нет».

    * * *

    В нашем парке осенний застой,
    Еще ждет со скамейки у входа
    Старый вяз разговоров с листвой
    Неизбежным, на вечным уходом.

    Еще ног не втоптала в цветы –
    Осень даст нам сознанье отсчета
    Эту роскошь украсть у зимы,
    Задержавшись у самого входа.

    А когда потемнеют черты,
    По готическим в сумрак аллеям,
    Первый снег, заметая следы,
    Нашу черную грусть одолеет,

    Я без цели куда-то бреду
    За твоею простуженной тенью:
    От зимы я тебя сберегу,
    Крепко шарфом укутаю шею.

    Ноябрь

    Осенний день уходит невозвратно,
    За возвращеньем долгих, скучных зим.
    Ноябрь за листвой прощальной
    Тоской беспомощных картин.

    Дряхлеющий поклон лесов поющих скуку,
    Ручьи в листве, закованные льдом.
    Стареющим Творцом от звука к звуку
    Доносится и замолкает в нём

    Закат – последний нежный след
    на небе предвечернем,
    Уж гонит призрак тьмы
    Дохнувший ветр – мир полон, утомленный,
    Предчувствием зимы.

    И станет неприступною стеной,
    Холодных слов предчувствием рассветным,
    Значеньем долгой проповеди той,
    Низложенная сердцем вольность эта.

    Столь сдержана дыханием своим,
    Столь избрана за долгим ожиданьем,
    За долгим расстоянием земным,
    За долгим, к возвращенью, расстояньям

    Хранит молчаньем вечность и покой,
    Предчувствуя в своей душе усталость.
    И скроется холодным, долгим сном
    Моя печаль и радость.

    Дожди

    Было осень, дожди,
    забывался в них я,
    Я глядел в темноту,
    с каждой капелькой в стеклах
    Что творилось во мне!
    жил ли я наяву?
    Запах жизни вдыхал –
    было чуточку горько.

    Было чувство так смутно
    что не опишешь в словах,
    Чуть в слезах слепоты,
    было ощупью только…
    Было вовсе не жаль
    шаг шагнуть с темноты,
    Не стоять у окна
    и не мучится столько.

    И не знать бы до смерти,
    не узнать никогда,
    Сдуру ищет душа,
    отчего без ответа
    Тихо звездочка где-то,
    по ту сторону сна,
    Разминется со мной,
    не дожив до рассвета.

    Вот и ты по дождю
    носишь горечь свою,
    Вот и ты по чуть-чуть,
    по листочку срываешь.
    Вот и ты отберешь,
    что и так отдаю,
    Только капель считать,
    вот и ты забываешь.


    * * *

    Бегут куда-то дни, проходят годы,
    Я рад исчезновению и вы
    Должны быть счастливы, что близостью своею,
    Назойливостью, жадностью, безумством,
    Разменом мыслей, чувств, их сходством,
    Ни ненавистью, ни любовью,
    Ни чем иным – следа существованья
    Оставлю по себе, как чистую тетрадь!
    И быть другому – жаждой искупленья…
    Не зная страха, не истратив мук…


    * * *

    На имена, на почести, и крови,
    И вовсе запах, чтобы не забыть
    (Людским родством назначено такое.
    Одно и то же в муках повторить);
    На времена, на кладези, на тропы,
    На цвет цветка, на правды горький вкус,
    На буйство красок, масти и породы
    Мир не делю – по улице пройдусь.

    Высоки стены и прочны ограды,
    Далек от бед беспечности недуг.
    И день и ночь в трудах своим обрядом
    Земля свершает свой привычный круг.
    Не много сказано в словах и в песнях спето,
    От вечных истин больше устают.
    Не много туч достанется рассвету,
    Здесь никого на пристанях не ждут!

    На власть имущих, и на власть держащих
    Равно, не в меру, лишь бы не устать,
    Одна беда – безмолвье крепко спящих,
    За не способность многое прощать.
    Как повезет – везло не так уж часто,
    Нам вечных уз никто не обещал.
    Затем прошу, во имя дружб и братства,
    Снимите руку с моего плеча.


    Олег Гарандин
     
    Профиль  
    Форум поэтов » Литературный раздел » Форум свободной публикации стихов » Юность Цикл стихотворений (Юность 1часть)
    Страница 1 из 11
    Поиск:

    Яндекс.Метрика
    Copyright Сайт высокой поэзии © 2009-2016 18+ При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна Хостинг от uCoz